Но больше всего нам нравилось играть в "сухую рыбу". Стоило только кому-нибудь предложить эту "сухую рыбу", как все бросаемся по своим дворам, вытаскиваем большие охапки старых лаптей - "осмётки", палку и верёвочку метра на полтора-два. Вбиваем палку, за верхний конец её привязываем верёвочку и укладываем лапти как можно ближе к этому столбику, подошвами вверх. Получается у нас, вроде, стожок из лаптей. "Конаемся" - кому водить, и игра началась.

Кто "водит", тот ходит вокруг этого стожка, держа верёвочку с привязанными к её концу лаптями за середину её длины, так что лапоть висит наготове, чтоб им при случае кого-либо шлёпнуть, а сам зорко следит за всеми участвующими в игре, расположившимися на некотором отдалении вокруг стожка. Однако и они следят не менее зорко за водящим: стоит ему чуть зазеваться, как кто-то, налетев коршуном, хватает лапти, сколько сможет. И счастье водящего, если он успеет огреть лаптем на верёвочке расхитителя. Тогда сам, бросая верёвочку, которую подхватывает потерпевший, хватает лапти и бежит в сторону или отскакивает в сторону без них, чтоб его снова не огрели этим лаптем.

И тут начинается что-то невообразимое: лапоть на верёвочке быстро очень переходит из рук в руки, и в конце концов кто-то остаётся с верёвочкой в руках у столбика без лаптей: лапти растащены, их уже набирают как можно больше в руки и кричат: "Провожать!". Стоящий с лаптем на верёвочке бросает лапоть и бежит, сколько есть сил, туда, где более свободно, стараясь убежать подальше. За ним вся орава играющих, кидая на бегу лапти в провожаемого. А кидали довольно метко. Хорошо ещё, если сухие лапти, но бывали и тяжёлые, сырые, которыми если врежут - на ногах не сможешь устоять. Быстро проводили, с хохотом возвращаются, подбирая лапти. Снова складывают. Водит тот, кого провожали, и игра продолжается…