Опубликовано: 18.11.2019 13:09 |
![]() |
Вот и наступил День города, а вместе с ним - пришло время объявить победителя конкурса агентства новостей NewsMiass.ru "Помню, как это было". Напомним, мы предложили горожанам поделиться воспоминаниями о городе или историями из собственной жизни, произошедшими в Миассе, а также фотографиями.
Приглашение стать участниками конкурса привлекло двух участников: Юрия Кириенко и Виктора Суродина. Первый поделился частью собранной им коллекции снимков разных авторов, заботливо скомбинированной по местам съёмки, второй - не только собственными уникальными кадрами, но и занимательными историями. Он и стал победителем и обладателем приза - сертификата на три тысячи рублей в новый спортивный комплекс "ЭкоТайм".
Редакция ждёт Виктора Алексеевича Суродина за заслуженным призом, а вниманию читателей представляет присланные на конкурс работы. Уверены, они станут ещё одним замечательным подарком ко Дню города: от миасцев - миасцам.
168 часов
Я шёл по улице Лихачёва, отмечая взглядом новые дома микрорайона, уйму всевозможной рекламы… Впереди с отцом, крепко держал его за руку, вышагивал мальчуган лет семи - восьми.
- Пап, а дедушка говорит, телевышку вертолетом поставили? - сквозь шум машин звонкий голос его напряг мой слух.
- Дедушка не обманывает. Я был тогда, как ты, во втором классе учился. С учительницей даже ходили смотреть вертолет.
Мы поравнялись. Я невольно взглянул на них. Вот уже и новое поколение шагает в жизнь. Для него, пожалуй, и надо рассказать о тех днях.
Сорок с лишним лет прошло с конца марта 1977 года, что положило начало отсчету незабываемым дням уникального и первого в Советском Союзе возведения с помощью вертолета-крана почти стометровой телевышки в нашем городе. Работы велись на высоте более семисот метров над уровнем моря. Все эти годы в архиве хранятся десятки неопубликованных снимков. В них дух того времени. Уникальные кадры уже стали историей города.
А начиналось так. В области было принято решение о строительстве в горнозаводской зоне пяти телебашен. Миасскую планировалось установить рядом с уже существующим зданием ретранслятора на вершине Ильменского хребта. За предыдущие годы там были проведены подготовительные работы: снят верхний слой грунта, залит высокопрочный фундамент, и сооружен нижний ярус телебашни.
Обсуждались различные варианты, в том числе и, казалось бы, фантастическое предложение использовать вертолёт. При традиционном способе потребовались бы взрывные работы, прокладка дороги, вырубка леса под площадку, установка портального крана. К тому времени воздушный кран МИ-10К существовал и прошел государственные испытания. Первые такие машины стали уже появляться в авиаотрядах. За помощью руководство города обратились в Тюменское управление гражданской авиации. В Миасс приехал заслуженный летчик СССР А. Марченко. Отбросив все сомнения, он дал согласие вести работы. Пустырь напротив молокозавода в ту весну превратился в монтажную площадку. Секции телевышки, многотонный гусеничный подъемный кран, штаб-вагончик... Здесь ударными темпами шла напряженная подготовка к монтажу.
Лётчики досконально разрабатывали способы доставки суперпрочных металлических конструкций. Монтажники отрабатывали момент вертикального причаливания, дополняли уловителями разукрупненные секции вышки.
Первый уже не опытный подъём. Вертолёт завис над конструкцией. Вихрь от винта гонит пыль и сечет галькой лицо. Монтажникам надо добежать и закрепить стропы. Есть! Вертолет, чуть качнувшись, полетел с секцией вышки над пустырем в сторону Ильменя, развернулся и скрылся за хребтом. Через несколько минут он показался вновь и завис над вершиной хребта. Ветер раскачивает конструкцию. Оператор на земле корректирует работу авиаторов. Пилот-оператор из дополнительной кабины примеривается раз, другой, а затем точно сажает ее на смонтированные ранее первые 30 метров опорной части вышки. Есть первая стыковка.
На площадке, откуда взлетел вертолёт, радостные возгласы, рукопожатия и даже аплодисменты. А ведь всего на эту установку отводилось строго 8 минут. Порой мешали порывы весеннего ветра, и летчикам приходилось возвращаться с грузом обратно.
89-метровая телевышка была смонтирована на восьмой день, за 168 часов! Руководители Миасского участка "Союзшахтоспецмонтаж" Ю. Новиков, А. Лебедев, А. Рубцов, мастера А. Пузанов, Н. Мимоход, бригадир М. Бобренев, заслуженный летчик СССР А. Марченко, командир экипажа Г. Метелев, их товарищи Н. Бабинцев, A. Ющенко, Ф. Ваганов, А. Тенников, Д. Салтыков, А. Иванюта, B. Степкин стали героями тех дней. Курировал строительство ретранслятора Владимир Ивлев.
Возможно, кто-то из монтажников более подробно помнит о тех напряжённых буднях. Но лучше увидеть снимки...
Как лось оказался на эмблеме города
- Алло! Редакция?! На Мелентьевку зашёл лось. Срочно пришлите кого-нибудь с фотоаппаратом. Здесь рядом, за мостом.
Я застал лося в огороде. Лесной великан стоял возле яблони. Было слышно, как он настороженно дышит, втягивая незнакомые запахи города. Из толпы, что прильнула к забору соседнего огорода, никто толком не знал, как и откуда трехгодовалый (если судить по ответвлениям на рогах) самец очутился в посёлке.
- Кто первым увидал лося? - спрашиваю одного из парней.
- Бабушка Козлова. Вон та, что всё ещё лопатой трясёт. Всю ночь у нее во дворе собака лаяла. Не поспалось, видно, старушке и решила она капусту пораньше полить, а под яблоней лось лежит. Только нагнулась за ведром, а рогач как зашевелится! Ну, баба Нюся и деру из огорода. Схватила лопату - и снова в огород. Отчаянная, а может, с перепугу о бак для воды застучала, да так, что лося как ветром сдуло, через полутораметровый забор перемахнул. А баба Нюся с лопатой бежит после по улице и кричит: "Зверь с рогами! Зверь в огороде!" Люди на работу идут, торопятся и никак в толк взять не могут, что с соседкой стряслось. Еле успокоили, разобрались, в милицию позвонили, в охотобщество. Да, вон она у калитки стоит. До сих пор лопату из рук выпустить боится.
Привернув к "Зениту" телеобъектив, прошу у хозяина дома разрешения зайти в огород, чтобы снять лесного красавца покрупнее.
- Вон новый хозяин, - мужчина кивнул на лося, - он уж не раз, когда к нему подходили близко, показывал в себе зверя.
Щелчок аппарата, и огромная лосиная голова повернулась в мою сторону. Второй щелчок, третий... Лось быстро развернулся и зашагал ко мне. Остановился в метрах семи. Между мной и лосем густой ряд малины, за мной такой же. В кадр крупно вписались его рога, вижу, как раздуваются ноздри, глаза пристально смотрят на зрачок объектива. Немного жутко, но какой будет снимок! Дублирую раз, второй... лось напряг шею с бурыми космами и яростно рванулся вперед...
В толпе долго не стихал смех, а я сидел на крыльце дома и соображал, как же тут очутился. Ноги почему-то обмякли, а на лбу выступил холодный пот.
- Ладно, он тебя пугнул. Зверь есть зверь. Вон у соседей от яблоньки один пень остался - всего-то разок боднул. Может, в лесу кто-нибудь в него дробью сыпанул. Он и прибежал в город. А ты в него из аппарата целишься, - отчитывал меня хозяин дома.
Лось тем временем разгуливал по двум огородам, демонстрируя толпе свою красоту и мощь. Минут через пятнадцать приехали охотинспекторы и милиционеры. Оттеснив толпу и перекрыв движение, они стали выпроваживать незваного гостя. Лось яро метался по огородам, рыл копытом землю, с завидной легкостью брал метровые заборы. Комья земли, разбивавшиеся о его упругие бока, в конце концов, вынудили лесного красавца перемахнуть через забор на дорогу. Очутившись на улице, он не побежал, а быстро, с достоинством зашагал, иногда оборачиваясь на сопровождавшую его машину.
По дороге в заповедный лес лось до смерти перепугал быка, заглянул во двор детского сада и, к радости мальчишек и девчонок, - на спортплощадку школы № 4. Вот так лесной красавец и шагнул на эмблему нашего города.
Уральский дракон
Не одно десятилетие имя Виктора Петровича Макеева - генерального конструктора, руководившего разработкой и строительством ракет морского базирования, находилось в строжайшей тайне.
В нашем городе Макеев прожил 30 лет, и все эти годы лишь немногие миасцы знали, а некоторые порой только догадывались о роде его деятельности. Возглавляемое им КБ в одиночку противостояло американской военно-морской промышленности. Однако за океаном, в Пентагоне, были более осведомлены и называли генерального конструктора морских баллистических ракет не иначе как уральский дракон. Соратники же Виктора Петровича никогда не замечали в нем ничего драконовского. Наоборот, знали его как человека невероятной доброты и большой душевной щедрости. Друзьям повезло видеть его в редкие минуты отдыха с обаятельной, истинно русской улыбкой, увлекающегося охотой, рыбалкой, любящего природу и не чуравшегося дружеского застолья…
На 75-летний юбилей генерального конструктора, Государственный ракетный центр впервые для представителей средств массовой информации приоткрыл завесу секретности строго режимного предприятия. Такого на ГРЦ еще не было. Более 20 журналистов с телекамерами и фотоаппаратами побывали в музее ракетного центра, прошли по корпусам и испытательным площадкам. Многое посчастливилось увидеть в тот день и запечатлеть: стенды, соразмерные испытываемым изделиям, с горизонтальными и вертикальными гидродинамическими трубами, огромный бассейн с рельсами и шахтами для ракет, вакуумно-динамический стенд - гигантскую башню высотой почти в 80 метров и внутренним диаметром в десять, где ракеты реально разделяются на ступени. И всюду чувствовался дух макеевской мысли, его интеллекта.
Мне не раз приходилось фотографировать Виктора Петровича при жизни. В общую копилку воспоминаний о нем есть желание внести два неприметных штриха. Впервые увидел Макеева на митинге 9 мая. Наш брат фотограф беспрестанно снимал на пленку людей видных и в городе значимых. Шло возложение венков к памятнику Скорбящей матери: в первых рядах - ветераны, руководители предприятий, за ними - представители коллективов, школьники. А в хвосте всех, прихрамывая, шла к обелиску старушонка с цветами. В горошек платочек на голове. Фотографы замерли: снимать или не снимать? В те годы подобные сюжеты в СМИ не очень приветствовались. Они шли как бы в разрез с идеологией помпезного времени. И вдруг негромкий голос стоявшего с краю городской и партийной элиты человека с двумя "Золотыми Звездами" героя соц.труда на груди:
- Бабушку сфотографируйте.
С десяток репортеров устремились со всех сторон. Старушка растерялась от такого внимания, но аккуратно положила к подножию цветы, а вот распрямиться - сил нет. Тягостная минута. Чертыхнулся за спиной какой-то идеолог... Всеобщее торжество, а тут у всех на виду какая-то бабка с коленки встать не может. И никто не решается ей подсобить. Непредвиденная заминка. Вдруг Виктор Петрович быстро зашагал к пожилой женщине, подхватил ее под руку, помог подняться, и вот уже вдвоем спускаются они по ступенькам. Я растерялся, что снимать - удивленные лица чиновников или бежать со всех ног и поймать уникальный кадр. Снимка нет, и жалею об этом очень, оплошал. Но в памяти сюжет добропорядочности остался на всю жизнь.
Со второй встречи в архиве сохранилось десятка полтора фотографий. Произошла она в день открытия торгового центра машгородка. Если еще не забылись времена повального дефицита, легко представить, сколько было народу у стеклянных дверей. Все с нетерпением ждали, когда Макеев разрежет ленточку, но сопровождавшие его никак не могли пробиться сквозь толпу.
- Виктор Петрович, идемте через запасной вход.
- А что, покупатели тоже будут там заходить? Мы как все. Пойдем здесь.
Он медленно пробирался сквозь толпу, легким кивком головы отвечая на приветствия. Люди расступались перед Макеевым, и тут же толпа смыкалась вновь.
Трудно завершить этот небольшой рассказ о Викторе Петровиче Макееве, чтобы не повториться уже сказанным. Много, очень много написано о нем. Пусть ко всему дополнением будут фотографии.
Серебряное копытце
Впервые посетить Блюмовскую копь в Ильменском заповеднике довелось со студентами-практикантами столичного университета. Копь поражала своими размерами. Глубина чуть не семь метров, в ней несколько проходок. Они рассекают горушку и обнажают ее сердцевину.
Студенты-практиканты сбегали по уступам на дно ямы и, лазая, ковырялись в отвесах копи, перебирали под ногами отвалы и находили в кучах блекло-желтого полевого шпата что-то интересное для себя. Почти на каждом обломке породы можно было заметить следы голубовато-зеленого амазонита.
Совсем иное, предприимчивое чутье привело в Ильмены страстного охотника за камнями любекского торговца минералами Йоханнеса Менге. Лишь только Ильменские горы приоткрыли свои тайны, любознательный и неутомимый путешественник засобирался на поиски самоцветов в Россию.
В 1826 году Менге в Ильменах обследует копи, закладывает новые ямы. Ящики любителя минералов тяжелеют от уральских образцов, бегут строчки в его записной книжке: "Кажется, минералы всего света собраны в удивительном хребте сем, и много еще предлежит в оном открытий, кои тем более важны, что представляют все почти вещества других стран в гигантском размере". Эти строки были написаны задолго до закладки Блюмовской копи. Но как дивно оказались они пророческими. В разрезе пегматитовой жилы Блюмовки познавали тайну недр и горщики, и академики. Здесь ученым удалось открыть новые, ранее неизвестные науке, минералы.
В истории Блюмовки много любопытного. В 1897 году в Ильменские горы с конкретным намерением ознакомиться именно с этой копью прибыла экскурсия ученых VII Международного геологического конгресса. А с 1911 года шесть лет в этой копи проработала специальная радиевая экспедиция академии наук. В Ильменах, можно сказать, зародилось такое направление в геологии, как радиогеологическая разведка. В Блюмовке было добыто 15 килограммов самарскита - радиоактивного черного, на вид смолянистого минерала. Он был отправлен в Париж и предназначался Марии Склодовской-Кюри - женщине-физику. На ильменском минерале она проводила свои весьма существенные для становления атомной науки опыты.
Вторично побывать в знаменитой копи Косой горы мне повезло в 2001 году вместе с прибывшим в Ильмены из Германии Йоханнесом Менге. Нет, нет, я не оговорился, и здесь нет никакой мистики. То был праправнук знаменитого любекского охотника за камнями Йоханнеса Менге преподаватель географии в гимназии, мало что сведущий в геологии, однако по заслугам своего предка удостоенный почетного звания действительного иностранного члена Минералогического общества Российской академии наук. Вместе с ним посмотреть богатства недр заповедника приехали соотечественники, понимающие толк в минералах.
Люди, впервые попавшие на копь, будь то ученые семи пядей во лбу или студенты-практиканты, по сути, ведут себя схоже. Первым делом, не торопясь, обходят копь, осторожно заглядывая вниз, но самые прыткие уже там, на дне выработки, и пытаются отковырнуть что-то, другие рассматривают под ногами отвалы и крутят перед глазами то, к чему потянулась рука. Немцы ведут себя сдержанно и более степенно, на лицах сосредоточенность, в руках лупы, записные книжки. У праправнука знаменитого Менге интерес к камушкам был мало заметен. Но и он все что-то пишет в блокноте. Кто-то предложил сфотографироваться на память. Встали рядком, замерли и... О! Чудо! Срежиссировать такое можно, предугадать - никогда. Его величество случай решил удивить немецких гостей. Из кустов вышла косуля и замерла напротив.
- Смотрите, смотрите...
- Да это ж Серебряное копытце... Прямо как в сказах Бажова.
Угораздило же меня перевести немецким гостям наши возгласы на язык жестов - рукой махнул пару раз, показав, как оленуха бьет копытом, разгребая землю и как из-под копытца летят самоцветы. Козочки след простыл, а гости вдруг кинулись усердно перебирать куски породы в отвалах. Не поверите, но кто-то нашел сочной зелени амазонский камень, а наш провожатый и экскурсовод доктор минералогических наук Владимир Анатольевич Попов - маленький прозрачный камушек - топаз. Находка бережно перекочевывала с ладони на ладонь и, оказавшись в руках праправнука Менге, блеснула искоркой уральского солнца.