Читать учебник истории - это одно. Читать то же самое, но в пересказе человека, бывшего современником описываемых исторических событий, - совсем другое дело.
Акцизный чиновник Константин Теплоухов, с воспоминаниями которого мы знакомим читателей, отражал в своих дневниках всё, что творилось в России и мире на рубеже веков. Возможно, в чём-то он заблуждался, где-то был недостаточно осведомлён, но его записи привлекают сухим, точным, кратким описанием конкретных действий, фактов, событий.
Вот как Теплоухов описывает "кровавое воскресенье". Напомним, над "Мемуарами…" автор начал работать в 1935 году, взяв за основу не только дневники, но и отшлифовавшиеся с годами собственные впечатления.
"9 января 1905 года в Петербурге произошёл "расстрел рабочих". Редкое событие в истории России за последнее время пользовалось такой популярностью, как этот "расстрел". С каждым годом это событие раскрашивалось новыми цветами, фантазией, обогащалось высосанными из пальца подробностями, украшалось пышными фразами и словами и, наконец, превратилось в крупное историческое событие, имеющее мало сходства с действительностью. По первоначальным описаниям самого факта - без комментариев - и сообщениям нетенденциозных очевидцев - произошло следующее.
Деятели известного направления решили попробовать новый способ борьбы с существующим строем. Не желая рисковать собственной шкурой, они сумели найти и убедить несколько сот миролюбивых рабочих "предъявить требования" непосредственно высшей власти - царю, - какие "требования"? - как-то затушёвывается. Нашёлся и руководитель - желающий сделаться историческим лицом - Гапон. Пошли к Зимнему дворцу. Правда, что были и портреты царя у рабочих и крест - у Гапона, но в рядах были и люди с браунингами и ручными бомбами - может быть, пригодятся. Руководители позаботились создать рекламу, и толпа увеличилась тысячами любопытствующих.
У кого, с кем, какие были объяснения - осталось неизвестным, но, судя по тому, что начальник охраны Трепов приказал стрелять и добавил свой знаменитый приказ - "патронов не жалеть!", - объяснения были не особо миролюбивые. На площади остались десятка два-три трупов, - не столько убитых пулями, сколько затоптанных кинувшейся в панике массой, - число раненых определить, конечно, невозможно".
А вот так в "Мемуарах…" рассказывается о чешском мятеже 1918 года в Челябинске…
"В городе надвигались события. Откуда-то начали появляться военные - не русские - оказались чехи; одеты франтами, с иголочки; офицеры с оружием - на прекрасных лошадях. К жителям относились свысока, но держались очень вежливо; жили на вокзале, кажется, в вагонах на путях, - обыватели посматривали на них с недоумением, - что сие значит?..
27 мая я пришёл в комитет раньше обыкновенного, - почти никого ещё не было. "Знаете новость? - спрашивает швейцар Григорий. - У нас теперь главные - чехи!" - "Как так?" - "Сегодня ночью чехи пришли в казармы, выгнали, кто там был, - стали хозяевами!"
Новость уже облетела весь город, всем хотелось поделиться своими впечатлениями, узнать новые. Выяснилось, как произошёл "переворот" - оказалось, очень просто…
Ночью к казармам пришло несколько десятков чехов с винтовками; стража у орудий у казарм безмятежно спала, - ночь была тёплая…. Чехи разбудили стражу: "Вытряхивайтесь, товарищи! Ваше время отошло!" - те благоразумно ретировались. Чехи вошли в казармы, - то же самое, - исчезли и те. Выстрелов никто не слышал.
Новые правители узнали о "мятеже" ещё ночью, и к утру все бесследно исчезли, - точно провалились сквозь землю. Чехи их не преследовали и не искали, но некоторых потом поймали казаки в посёлках и доставили в город. Город точно успокоился, нашлась привычная точка опоры; на улицах появились весёлые лица, базары оживились.. Немного действовало на нервы высокомерие чехов…"…